Чтобы достичь уровня благосостояния советского человека, россиянин должен получать 4 тысячи долларов

 

Как стало известно «Ведомостям», акционеры «Евросети» Евгений Чичваркин и Тимур Артемьев ведут переговоры о продаже  своей компании сотовому оператору «МТС»

О переговорах рассказал источник, близкий к контролирующей МТС АФК «Система». Возможная покупка обсуждается, и уже не одну неделю, подтверждают один из деловых партнеров «Евросети» и источник в российском сотовом операторе

По словам источника, близкого к «Системе», и партнера «Евросети», сделка может быть структурирована так. МТС с «финансовыми партнерами» (они не называются) создают компанию, которая выкупает контрольный пакет «Евросети»: 50% — у Артемьева (т. е. он выходит из бизнеса) и часть — у Чичваркина. У МТС в компании-покупателе не будет контрольного пакета (а следовательно, низкая рентабельность «Евросети» не испортит высокой рентабельности МТС — 29,6% по чистой прибыли в III квартале 2007 г., объясняет источник, близкий к «Системе»).

Чичваркин называет эту информацию «бредом», Артемьев — «неправдой». Директор по связям с общественностью МТС Елена Кохановская не говорит, идут ли переговоры с «Евросетью», но напоминает, что МТС через три года планирует продавать не менее 40% контрактов через контролируемую розничную сеть.

Подготовка к привлечению в компанию стратегического либо финансового инвестора — одна из приоритетных задач, поставленных акционерами «Евросети», рассказывал «Ведомостям» в январе президент компании Алексей Чуйкин. Стратегическим инвестором мог бы стать «любой сотовый оператор или крупноформатный ритейлер в области электроники», рассуждал он тогда, оговариваясь: продажа акций стратегу — «дело достаточно отдаленного будущего», так как «акционеры и менеджмент верят в рост бизнеса компании».

Но этот рост замедляется. В 2007 г. оборот «Евросети» (с учетом принимаемых салонами платежей за связь) вырос на 21,4% до $5,61 млрд. Годом ранее рост составлял 79%, а до этого оборот удваивался. В 2006 г. рентабельность «Евросети» по чистой прибыли составляла 0,73%, а в 2008 г. вырастет до 2-2,2%, прогнозировал Чуйкин в январе. При этом долг «Евросети» на апрель 2008 г. — $840 млн. Имея долг в 6 EBITDA, логично задуматься о привлечении инвестора, говорит аналитик «Тройки диалог» Виктория Гранкина.

МТС наличие контролируемой розницы позволит наладить более качественную продажу услуг, полагает источник, близкий к «Системе». Появление у оператора 5000 дополнительных офисов продаж удобно абонентам, уверен он, ведь некоторые услуги (подключение роуминга, международного доступа, замена sim-карты) оказываются только при личной явке.

Если МТС купит «Евросеть», «Вымпелком» будет изучать ситуацию, но вряд ли немедленно расторгнет контракт с «Евросетью», сказал «Ведомостям» гендиректор «Вымпелкома» Александр Изосимов. «Мегафон» в такой ситуации может задуматься об отзыве контрактов из «Евросети», допускает его топ-менеджер.

Источник: «Ведомости»

 

Слухи о проблемах в «Евросети» ходили на рынке давно. Говорили даже о возможном дефолте. Последние несколько лет компания рослее не за счет повышения эффективности деятельности, а счет роста. И действительно «Евросеть» сейчас  номер один. Мне кажется, Чичваркин все правильно делает: он создал компанию с «нуля», сделал ее лидером на рынке теперь пусть ее развивают ее профессиональные финансисты, типа Меламеда! Правильной дорогой идете товарищи!

• Собственно первоначальный взнос (на остаток берётся кредит) - тут всё честно. Допустим, Василий платит $200 из своего кармана, а на оставшиеся $1800 берёт кредит на год.
• Платёж банку за выдачу кредита - сразу при получении кредита. Примерно 1%, т.е. $20
• Если вдруг часть кредита можно снять наличными, то есть грабительская комиссия за снятие денег (до 7%). Работает это так: при получении кредитной линии бесплатно или не очень потребителю может даваться  кредитная карта (настоящая кредитная, т.е. где можно залезть в минус). После этого потребитель может либо расплатиться этой картой в магазине (далеко не все магазины это позволяют сделать), либо снять деньги (а снятие денег с кредитной карты - это первое “ни-ни” для любого пользователя кредитной карты, ибо это называется cash advance и карается дикими процентами). 7% от $1800 - это $126 - деньги, которые Василий заплатит за возможность заплатить магазину.

• Банку за обслуживание кредита. В порядочном обществе брать такие платежи некрасиво. Особенно когда платёж за обслуживание - это процент от всей суммы долга. Порой платёж за обслуживание выше рекламируемых процентов по кредиту. Варьируется от 0% до 3% в месяц, т.е. в данном случае - от $0 до $54 в месяц (!).
• Банку за осуществление платежа по кредиту. Например, 1% от суммы платежа. Т.е. потребитель должен платить за право заплатить. Полнейшее хамство, если не существует бесплатного способа сделать то же самое. В нашем случае - $18. Встречаются банки, устанавливающие минимальный размер комиссии за осуществление платежа.
• Страховой компании (подозрительно близкой к банку) за страхование кредита. Это норма для ипотечных кредитов, но полнейшее хамство в случае потребительского кредита. Встречаются клинические случаи, когда такие “страховые” выплаты составляют до 15% годовых.

• Штраф за досрочное погашение кредита. К сожалению, вполне легально и повсеместно (т.е. и в Штатах, и в Австралии и в прочих странах, где я ещё не жил) распространено. Многие кредиты не предполагают досрочное погашение в принципе. Размер варьируется от банка к банку.

• Штраф за просроченный платёж. На Западе подобные штрафы составляют очень значительную часть доходов банков. Размер штрафа варьируется от банка к банку, но очень стимулирует больше про платежи не забывать. Тем не менее, банку выгодно, если потребитель забывает заплатить вовремя. Поэтому банки идут на уловки: если банк должен получить деньги, скажем, 30 числа каждого месяца, то часто бывает, что платёж нужно осуществить за 3-5 дней до этого срока, потому что платёж считается осуществлённым тогда, когда банк получает деньги, а не когда потребитель перечисляет деньги. При таких правилах огромное поле для махинаций и обмана. Исключительное хамство со стороны банка - рассчитывать штраф исходя из размера всего кредита (но встречается редко).

• Магазин, предоставивший кредит (от лица банка) на какой-то товар, выигрывает дважды: от собственно продажи товара и от части процентов, которыми делится с ним банк. Порой проценты от кредита могут быть более интересными магазину, чем собственно продажа товара (например, когда на уценённый товар берётся кредит).

• Большинство потребительских кредитов - это узаконенное мошенничество. За мелким шрифтом и сносками в контракте скрываются вещи, зная которые, мало кто бы согласился брать кредит вообще. Состояние рынка потребительских кредитов в СНГ в настоящее время напоминает “Дикий Запад”.
• Не делайте спонтанных крупных покупок - ни за наличные, ни в кредит. Это ваши деньги, и каждая такая покупка ослабляет ваш финансовый потенциал.
• Такое состояние вещей будет длиться до тех пор, пока не появятся уважаемые агентства (обязательно больше двух, чтобы обеспечить взвешенность оценок) по сбору и ведению кредитных историй граждан. Такие агентства могут пролить свет на кредитоспособность людей, и банкам придётся изыскивать новые способы оправдывания своих высоких эффективных процентных ставок.
• Требуйте с банка раскрытия эффективной процентной ставки. Не берите кредит, если вам отказывают в предоставлении этой информации. Принимайте решения о кредите именно на основе этой процентной ставки, а не на основе заявления банка о том, что “кредит от 10% годовых”.
• Поскольку подсознательно решение о том, брать кредит или нет, принимается потребителем до того, как он(а) узнаёт реальную ставку, то нужно определить для себя, какую сумму переплаты можно вытерпеть. Разумный в финансовом плане человек всегда скажет “нет” предложению, выходящему за рамки оговоренного бюджета.

Источник:http://www.kraynov.com/2008/03/31/welcome-to-consumerism/

Английский чай, французский кофе, итальянские макароны, немецкое пиво – ежегодно коллекция псевдоиностранных брендов пополняется несколькими марками. Эксперты считают: миф о западном происхождении товара может как сыграть на руку производителям, так и вывести их «в минус». В любом случае, зарабатывать на легенде стоит именно сейчас. Скоро привлечь потребителя таким образом будет сложно

За полтора месяца до инаугурации будущий российский лидер поделился с британскими журналистами своими взглядами на мировой финансовый кризис, российскую экономику и внешнюю политику, а также рассказал, как будет управлять Россией в тандеме со своим старшим товарищем Владимиром Путиным.

— Господин избранный президент, каковы будут те три приоритета, которыми вы будете заниматься, и когда вы приступите к своей работе?

— Я думаю, что эти приоритеты совершенно очевидны. Основное — это продолжение социально-экономического курса, который развивался в нашей стране в последнее время. Цель этого курса — улучшение качества жизни всех российских граждан. За последние годы удалось изменить ситуацию в экономике. Мы стали гораздо более сильным в этом смысле государством. Россия вошла в семерку крупнейших экономик по паритету покупательной способности. Но это еще не все. Теперь основная задача — конвертировать эти экономические успехи в социальные программы, показать, что развитие экономики улучшает жизнь каждого российского гражданина. В последнее время мы начали воплощать в жизнь несколько социальных программ в области образования и в области здравоохранения. И я считаю, что очень важно сохранить и развить эти программы, приступив к полноценной модернизации и в здравоохранении, и в образовании. А также добиться возможности, чтобы большинство российских граждан могли улучшать свои жилищные условия — это тоже очень важная вещь. Россия проводила и будет проводить сбалансированную внешнюю политику, направленную на защиту собственных интересов в неконфронтационном ключе, для того чтобы позиции России способствовали укреплению общей, глобальной безопасности в мире.

Таким образом, приоритетов на самом деле несколько. Это сохранение экономической стабильности, развитие экономических свобод, развитие социальных программ и устойчивое положение России в мире. Естественно, что каждый из этих приоритетов распадается на массу задач.

— Во всемирной экономике наблюдается замедление. Финансовый кризис в Америке, опасность того, что снизятся цены на нефть… Ожидает ли российскую экономику какое-нибудь охлаждение или потрясение в этом году, нельзя ли ожидать так называемого холодного душа?

— Я уверен, что мы нормально подготовились к различного рода проблемам, действительно возникшем на мировом финансовом рынке — и в США, и в ряде других стран. Уверенность придает то, что за последние восемь лет мы смогли создать стабильную макроэкономическую систему. Наши финансовые резервы, наши золотовалютные резервы как никогда высоки и отражают общее положение дел в российской экономике. Поэтому мы в этом смысле застрахованы от колебаний, которые происходят на сырьевых и финансовых рынках, но не закрыты от тех сложностей, которые испытывает мировая экономика. Россия сегодня имеет открытую экономику, и мы об этом должны думать. Что можно противопоставить глобальному финансовому кризису? Только разумную выверенную финансовую политику внутри страны, которая позволит сгладить проблемы, образовавшиеся на мировых финансовых рынках. Мы должны следить за стабильностью всех финансовых индексов, [в том числе] российских финансовых индексов. Должны следить за сбалансированностью нашего бюджета, не должны допускать непродуманных расходов. И мы должны думать о том, чтобы укреплять наш собственный финансовый рынок и наш фондовый рынок — на сегодняшний день и тот и другой являются островком стабильности в океане финансовых страстей. Поэтому сегодня как никогда высок интерес иностранных инвесторов к российскому финансовому фондовому сегменту. Мы такого рода инвестиции приветствуем, хотя мы также должны наблюдать и за тем, чтобы наши внутренние пропорции в этом случае не выходили за существующие рамки, чтобы они помогали нам сохранить ситуацию макроэкономической стабильности — это тоже достаточно сложное дело, и мы стараемся самым внимательным образом им заниматься. Инфляция остается довольно серьезной проблемой для российской экономики, и теперь это стало проблемой экономики для многих стран. Мы обязаны подавить тот инфляционный всплеск, который образовался в нашей экономике в конце прошлого года. Этот всплеск как раз является следствием погруженности российской экономики в мировую экономическую систему. Это плата, которую мы, по сути, сегодня вносим за присутствие в клубе мировых экономических держав. Естественно, есть и другие факторы, которые влияют на инфляцию в нашей стране. В частности, мы не имеем пока полноценного внутреннего рынка продовольствия, вынуждены много продовольствия приобретать за границей. И с учетом того, как растут сегодня цены на мировом продовольственном рынке, это также сказывается на показателе инфляции у нас.

— Планируете ли вы в связи с этим продолжать замораживание цен на основные группы продуктов питания?

— Строго говоря, никакого замораживания цен в классическом виде не было и нет. Действительно, в конце прошлого года были подписаны соглашения о том, чтобы торговые наценки, которые применяются в торговой сети, не превышали разумных рыночных пределов — и не более того. Но, во-первых, эти решения были приняты все-таки не актами государства, правительства, это были соглашения между торговцами и производителями сельхозпродукции. А во-вторых, они включают в себя не более 10-15% от общего количества продовольственных товаров. Проблема еще и в том, что в потребительской корзине российского гражданина продукты питания занимают довольно значительное место, и мы не можем этого не учитывать. Вывод прост: нужно развивать собственную экономику и сельское хозяйство.

— Вы будете работать в партнерстве с Владимиром Владимировичем [Путиным]. За кем будет оставаться последнее слово в принятии решения?

— Я думаю, что вопрос не в том, кто говорит последнее слово, а в том, как выглядит политическая и правовая система в Российской Федерации. И в этой системе достаточно четко установлены компетенции двух основных уровней власти — я имею в виду компетенцию президента и правительства. Сама Конституция и предопределяет ответ на вопрос, кто и по каким вопросам принимает решение. Президент определяет основные положения внутренней и внешней политики, является верховным главнокомандующим, принимает ключевые решения в области формирования исполнительной власти, является гарантом прав и свобод российских граждан. У правительства своя, и очень обширная, компетенция. Правительство осуществляет ведение всей экономической деятельности, принимает важнейшие решения в области экономической работы. Это сложная, большая, тяжелая работа, и совершенно очевидно, что у правительства достаточно много собственных задач. Иными словами, все просто. Россия — это президентская республика с сильной исполнительной властью.

— Хотел бы поговорить о российской трактовке демократии и вашем понимании демократии, как юриста. Предполагает ли российское определение демократии обеспечение личных прав и свобод и ограничение власти?

— Демократия — это такой способ управления обществом и государством, когда граждане передают часть своих полномочий избранным ими людям. Это так называемая представительная демократия. Есть еще и непосредственная демократия, когда граждане сами принимают решение о том, как им жить по основным вопросам развития страны на референдуме. Как видите, мое определение демократии как власти народа ничем не отличается от классических определений, существующих во всех странах. При этом я считал и считаю, что демократия как ценность, как форма политического режима имеет универсальный характер и не требует никакой дополнительной расшифровки.

Но при этом я хотел бы отметить, что в истолковании демократии опасны две крайности. Первое — это внеисторическое понимание, внетерриториальное понимание того, как демократия может быть реализована в том или ином государстве, в той или иной стране. Каждая демократия исторична и национальна. И демократия Великобритании, возникшая, скажем, в эпоху неписаной конституции, некоторым образом отличается от демократии, которая существует в начале XXI в. Наша демократия совсем молода, потому что ей буквально два десятилетия. Так произошло, что в России до этого совсем не было демократии — ни в царский период, ни, естественно, в советский период. И мы должны это учитывать в нашей ежедневной демократической практике.

С другой стороны, существует и другая практика, когда некоторые иностранные и российские аналитики утверждают, что Россия вообще не приспособлена к демократии, это не ее путь развития, никакие универсальные общечеловеческие ценности в России не могут действовать.

Россия — европейская страна. И она абсолютно способна развиваться вместе с другими государствами, которые выбрали для себя демократический путь развития. Поэтому, отсекая эти крайности, я считаю, что у России есть все шансы построить развитое демократическое общество и полноценное демократическое государство.

— Поскольку вы юрист, вернемся к вопросу о верховенстве закона. Возможен ли в процессе установления верховенства закона в России пересмотр вами некоторых особо важных судебных дел? В частности, дела [бывшего владельца ЮКОСа Михаила] Ходорковского. Возможно ли, что будут сняты некоторые новые обвинения в его адрес или же вообще он будет прощен? В частности швейцарский суд полагает, что дело Ходорковского носит исключительно политический характер.

— Вы абсолютно точно отметили, что я юрист по стилю мышления, поэтому я и отвечу вам как юрист. Все процедуры, связанные с тем или иным уголовным делом, и делом Ходорковского в том числе, — они могут и должны осуществляться исключительно на основе закона, а не на основе мнений тех или иных уважаемых людей, высоких должностных лиц и уж тем более иностранных судов. Если мы исходим из существующей системы разделения властей, если мы исходим из доктрины независимости суда, то в деятельность суда не должен вмешиваться никто. Ни сельский староста, ни президент страны. Мы все должны действовать в рамках тех процедур, которые предусмотрены гражданским и уголовным процессуальным законодательством. В рамках тех полномочий, которые имеют соответствующие органы власти.

— Вы также заявили, что вы планируете бороться с коррупцией. Но люди часто предпочитают просто заплатить милиционеру, нежели быть препровожденными в отделение милиции для проверки документов и т. д. Как в такой ситуации бороться с коррупцией?

— Это очень непростая проблема. И основное, на мой взгляд, — это убрать стимулы к коррупционному поведению. Тот пример, который вы привели, очень характерен. Ведь это тоже следствие пренебрежения к закону, к праву. Когда гражданин дает гаишнику взятку, ему, наверное, и в голову не приходит, что он тем самым совершает преступление. Не административное правонарушение, я подчеркну, а именно преступление. А об этом надо бы думать. В этом корень всего. Что нужно делать? Я сказал в своем выступлении, что необходимо подготовить план по борьбе с коррупцией в стране. Он должен включать в себя как минимум три раздела. Первое — это законодательное изменение в области уголовного права и процессов, связанных в том числе с нашими международными обязательствами, ну и с текущей ситуацией в стране. Это, наверное, не самое сложное. Коррупцию невозможно задушить изменением закона. Вторая, гораздо более сложная вещь, — создание антикоррупционных стимулов. А вот это зависит от очень значительных вещей, от общего уровня жизни в стране. От того, насколько безусловно и жестко применяются законы в отношении тех, кто нарушает закон, в отношении так называемых коррупционеров, тех, кто берет взятки, совершает другие коррупционные действия. Самая высшая, может быть, форма такой мотивации — когда для лица, которое собирается совершить преступление, взятку получить, становится очевидным, что этого не следует делать, потому что это может разрушить всю его жизнь. Когда взятку брать не просто страшно, а неприемлемо по другим соображениям. Неприлично и может просто разрушить будущую жизнь, карьеру, уничтожить пенсию и т. д. Именно это останавливает полицейских, других государственных служащих от того, чтобы совершать подобные действия, в других странах. И третья, последняя вещь — это именно то, о чем я говорил, это изменение правосознания, изменение мышления людей. Таким образом, это законы, система стимулирования и общее улучшение экономического климата в стране и формирование современного правосознания.

— Планируете ли вы сократить роль и влияние государственной компании, и каким образом вы можете повысить роль малых предприятий? Это очень важно.

— Это действительно очень важно. У нас достаточное количество государственных компаний, ряд из них очень крупные, тому есть исторические и объективные экономические причины. Тем не менее только 1/3 валового продукта создается в государственных компаниях. Значительная часть госкомпаний была приватизирована, и этот процесс будет продолжаться. Тем не менее есть государственные компании, само существование которых необходимо для экономической безопасности страны в целом. Я имею в виду инфраструктурные монополии — такие, как «Газпром», РЖД, оборонные предприятия, которые выпускают оборонную продукцию. Кстати сказать, только около 20% нефти у нас добывается и перерабатывается государственными компаниями — у нас ситуация гораздо больше приватная, чем в той же самой Норвегии. Кроме того, я хотел бы сказать, что количество государственных компаний, государственных акционерных обществ, госпредприятий должно быть ровно таким, чтобы обеспечить интересы всей страны, но не более того. И мы, естественно, продолжим тот курс, который был в России взят на создание полноценной частной экономики. Я не говорю о всякого рода сложностях, которые сегодня существуют в мире, и не хотел бы, конечно, чтобы здесь какие-то проблемы возникли и у нас — но я, например, знаю, что и в США, и в Великобритании, и в Швейцарии по сути были приняты меры по национализации ряда компаний из-за финансового кризиса. Я почему об этом сказал — потому что в конкретной ситуации государство само должно определять, что необходимо сохранить, от чего нужно освободиться, а что было бы полезно вернуть для того, чтобы обеспечить экономическую стабильность. Скажем, государственные корпорации, которые были созданы в последние время в области жилищно-коммунального хозяйства или так называемых нанотехнологий — они все рассчитаны на определенный период действия, а после этого должны быть или приватизированы, или просто ликвидированы. Что же касается государственных акционерных обществ, то я тоже об этом говорил в Красноярске. Считаю абсолютно разумным увеличивать количество независимых директоров в управлении этих компаний, которые будут представлять государственные интересы, как акционеры. Ровно потому, что, как правило, независимые директора лучше представляют себе бизнес и могут получать в ответ вознаграждение в отличие от чиновников. Но при этом обязаны действовать в интересах государства, как акционеры.

— Соответствует ли улучшение отношений на данном этапе с Великобританией и интересам России?

— Вне всякого сомнения. Все, что мы сегодня имеем, отражает две вещи. У нас очень хорошие экономические связи, просто блестящие. За последний год инвестиции из Великобритании в Россию увеличились в 3,7 раза. Почти в четыре раза. И составляют порядка $26 млрд. Только что Barclays купил один из российских банков [«Экспобанк»], по-моему, за $800 млн. Поэтому для развития экономических связей нет никаких препятствий. За весь период российско-британских отношений они, наверное, самые мощные. Это очень хорошо. Но двусторонние политические контакты сегодня еще в значительной мере свернуты, существует ряд ограничений, введенных, кстати, не нами, а правительством Великобритании — контакты между спецслужбами, обмены и т. д. И это, конечно, не очень здорово. Трагедии нет. Мы вполне можем восстановить весь объем полноценного двустороннего сотрудничества. Конечно, без предварительных условий, понимая независимость, позиции друг друга. После избрания меня на должность президента одним из первых я получил поздравления от господина [Гордона] Брауна [премьер-министра Великобритании]. И открыт к восстановлению сотрудничества в полном объеме.

— Некоторые полагают, что обыск в компании ТНК-BP — попытки саботажа усилий, которые предпринимаются для улучшения отношений в Великобритании и в России. Что вы думаете на эту тему?

— Надо разобраться в том, что произошло. Во всяком случае та информация, которой я располагаю, свидетельствует о том, что в данном случае речь идет о коммерческом сборе информации в интересах других компаний, и такого рода коммерческий шпионаж является преступлением по законодательству любого государства. Но совершенно очевидно, что сейчас идет стадия предварительного следствия. Насколько я знаю, там были выемки каких-то документов. Те лица, которым предъявлены обвинения, находятся на свободе. Но исходя из того, о чем мы с вами последние два часа разговариваем, хотелось бы, чтобы точку здесь поставил все-таки суд, а не суждения аналитиков или политиков. Насколько я понимаю, там речь идет не о государственных преступлениях, а о преступлениях в сфере экономики. К сожалению, это обычная вещь, но надо дождаться результатов. Наши компании тоже пытаются в этом смысле друг за другом наблюдать и какие-то материалы получать.

— Вы вступаете во власть после исключительно популярного и сильного лидера. Чему вы за годы совместной работы научились у Путина, что для вас является важным качеством?

— Я многому научился у президента Путина. И на самом деле наши отношения действительно насчитывают уже больше чем 17 лет. Когда мы в первый раз встретились, я был еще совсем молодым человеком, мне было 24 года, а он был моложе, чем я сейчас. Но он был уже гораздо более опытный человек, прошедший школу работы и в России, и заграницей, в Советском Союзе. Меня с самого начала поразило, то что он очень тщательно относится к информации и старается по максимуму вникнуть в любую проблему, с которой сталкивается и сталкивался даже в тот период. И только на базе вот такого комплексного анализа принимает решения. Я считаю, что это очень важно для любого руководителя, тем более для президента. И здесь есть чему поучиться у президента Путина многим людям. Любой лидер, любой руководитель должен максимально тщательно изучить вопрос, после этого, приняв решение, столь же интенсивно его исполнять. Этими качествами всецело наделен президент Путин, и именно поэтому он такой популярный и эффективный лидер. И еще немаловажная вещь — нас связывают товарищеские, доверительные отношения, а это очень важно в политике. Только так и можно решать такие труднейшие задачи, которые стоят перед российским государством и обществом. России нужна максимальная консолидация власти, консолидация российских элит, консолидация общества, только в этом случае мы сможем достигнуть тех целей, которые стоят перед нашей страной. Я уверен, что мы сможем это сделать.

Гюзель Губейдуллина
Ведомости 14:32 11.03.2008

В современной экономике есть такое понятие, как "кризис индикаторов". Если коротко, то проблему можно описать следующим образом - современные экономисты становятся все более и более безграмотными в фундаментальном плане и полагаются на индикаторы рынка, которые неизбежно приводят к грандиозным провалам. Продемонстрировать "кризис индикаторов" проще всего на примере МММ или краха дот комов (который был очень похож на МММ тем, что инвестиция в 1000 долларов в доткомы превратилась в 5 баксов).

http://davydov.blogspot.com/2008/03/blog-post_05.html

Источник в отделе ссуд Nordea - финансовой группы работающей в Скандинавии, сообщил, что королю Швеции Карлу Густаву (Carl Gustaf) было отказано во втором кредите под залог замка Drottingholms Castle.

«Я надеялся, что с моими повысившимися доходами и твердой кредитной историей ведущейся в Nordea с 1818 года, не составит никаких проблем взять займ»,- говорит Карл Густав (Carl Gustaf) , желающий получить наличные, что бы помочь своим детям в постройке жилья в сельской местности Швеции.

«С нормами процентных ставок которые есть сейчас, не представляется возможным, что бы его величество смог покрыть текущие платежи и поддержать свой традиционный образ жизни. Мне нечего не оставалось как отказать его высочеству в новом финансировании»,- говорит двадцати четырех летний Бритта Хельстон (Britta Hellström) сотрудник банка, отказавший королю в займе.

Как сообщает Faktume se, королю также было отказано в аналогичной просьбе в Sparbanken, Handesbanken и Riksbanken (The Federal Reserve).

Отказ Густаву был не столь необычным на фоне общенациональных тенденций Швеции. Неудавшийся залог Drottingholms Castle лишь внес маленький вклад в общее число сокращающихся новых займов выдаваемых кредитными учреждениями (MFI). SEK 19 млрд. 824 млн. январских новых займов оказались на SEK 5 млрд. меньше? чем SEK 29 млрд. 002 млн. кредитов аналогичного месяца 2007 года.

Средний рост количества выдаваемых ипотечных ссуд остался неизменным с декабря того года, составив 11.1 %, в то время ка, к ежегодный темп роста потребительских кредитов вырос с декабрьских 11.0 % до январских 13.1 %. Развитие процентных ставок новых займов MFI пошло двумя различными путями. В течении месяца средняя ставка нового займа повысилась от 5,16% декабрьских до 5.18% января.

Ставки для фиксированных ссуд сроком на три месяца увеличились, в то время как, ставки для ссуд с более длительными периодами уменьшились. Процент по ссудам продолжительностью более пяти лет уменьшился с 5.23% до 5.19%. Средний январский процент для новых ссуд кредитных учреждений, выдаваемых домашним хозяйствам, составил 4,96%, что составило 0.11% сокращения по сравнению с декабрем.

Однако, по сравнению с январем 2007 года, когда ставка равнялась 4.16% показатель текущего месяца оказался выше на 0.8%. Как сообщает Statistics Sweden, плавающие процентные ставки сроком на три месяца понизились в течении января от 5.16% до 5.04%, но по сравнению с январем 2007 года они также оказались выше на 0. 9%.

Квадрум. Журнал
08:19 29 февраля 2008